и носик трогает сухой
Сегодня я ехала на работу (как обычно: вывернула из Гринпарка, потом вниз пол Гилмертон роуд до перекрёстка c Либертон роуд, там налево, поворот на 180 градусов на Гордон террейс, вверх по Росс роуд, пересечь Мэйфилд роуд - и ага, университэ) и успела за это время (9 минут 13 секунд) Вспомнить Всё, потому что где-то опять жгли костры. Это один из тех запахов, которые навсегда, которым вообще не грозит оказаться забытыми. Нелюбовь к школе #166 (которая стала гимназией #5, в которой я проучилась дольше всего - с третьего по девятый класс, шесть лет) забывается, но не забываются всякие хорошие штуки вроде субботников. Дело обычно было в конце сентября - октябре, солнце ещё грело, где-то в это же время мог случиться осенний классный поход на пляж или в ботсад и ещё можно было купить ранетки или последние суховатые початки варёной кукурузы. Помню грабли, мётлы, лёгкие оцинкованные носилки на двух деревянных ручках, в которых мальчишки сносили сметённые нами листья в кучи у железных ворот, выходящих в сторону ул. Академической (Академгородок такой Академгородок). Всегда получалось так, что больше времени мы висели на турниках и лазили по шведским стенкам, чем собственно мели и грабили, и я даже не помню такой уж сильной отчуждённости от одноклассников в то время. Кажется, нас тогда ещё всегда пугали последними осенними клещами. Я думала, вот они - самые последние, самые дикие, отчаявшиеся, ищут кому бы передать энцефалит на зиму, чтобы не так обидно было замерзать.
А потом все эти листья жгли ещё несколько дней - во всех школах Академа, в некоторых садиках, за институтами. Было тепло, солнечно, сухо, пахло кострами и казалось (хотелось?), что это никогда не кончится, хотя было ясно, что уж теперь-то скоро настанет зима.
Я до сих пор не знаю, что именно жгут здесь, ни разу не видела. Сухую зимнюю траву? Почему-то кажется, что самый сильный запах идёт с нашего поля для гольфа (Либертон гольф корс), наверное, они там особенно тщательно следят за тем, чтобы трава всегда была зелена и ровна, а срезанную траву не отправляют на ресайкл, но сушат и сжигают. Хотя зачем им это? Вряд ли они используют золу для удобрения, как делала моя бабушка. Кстати, вот ещё воспоминание: после всех этих осенних костров юности моей мы с бабушкой ходили гулять по вечерам и собирали прогоревшую золу в стаканы, сделанные из обрезанных пластиковых бутылок и тетрапаков, а потом она отправлялась на дачу послужить "подпиткой на раннюю весну".
Вот только что прочитала в википедии познавательное: Первый удар клюшкой по мячу в космосе нанес в 1971 году астронавт Алан Шепард на поверхности Луны во время экспедиции Аполлон-14 (Аполлон - это почти как Филипп, никогда не могу вспомнить, какая из согласных двойная). Из-за слабого лунного притяжения мячик пролетел несколько километров. Всего астронавт совершил два удара. Вообще-то, я про это знала и раньше, папа рассказывал когда-то давно, но память моя - решето.
В прошлом году я серьёзно подсела на лапсанг сушонг, после того, как наконец распробовала и допила дымный "Russian caravan", подаренный мне Владой перед её отъездом в Оксфорд. От лапсанг сушонга запах немного другой, он не про осень и школьные костры, а про лето и базу отдыха института теплофизики на Обском море. Закрываешь глаза - и ещё немного, и стало бы всё, как пятнадцать лет назад - утренняя роса на паутине у умывальников, малосольные рыжики с позеленевшими на месте среза ножками, колючие шишки под босыми ногами, вот это всё - сосны на морском берегу. Кроме базы отдыха ИТФ была одна поездка с одноклассниками в.. вот тут память опять прохудилась, надо будет спросить у Кс., как называлось то место - другая база отдыха, какая-то бестолковая, где мы провели небольшое расследование и устроили небольшой саботаж. Ещё было несколько поездок на базу НГУ, и одна - на базу института неорганической химии. Последняя запомнилась моим первым в жизни похмельем, внезапной переменной мест слагаемых в отношениях между мной и А.Н. (сумма всё та же, как ни крути), огромным количеством глинтвейна, сваренного в котелках на костре и плохими новостями. Наверное, я помнила бы это всё лучше, если бы не плохие новости.
Если пить лапсанг сушонг каждый день, ощущения притупляются и остаётся просто чёрный чай, который хорошо утоляет жажду, поэтому теперь я делаю перерывы. В перерывах я чаще всего пью генмайча, который хоть и пахнет рисом, не приносит с собой особых воспоминаний. Может быть, лет через двадцать, когда я буду уже умудрённой опытом матерью троих детей и хозяйкой большой мастерской по-изготовлению-ещё-не-знаю-чего, этот запаха мне будет напоминать о том, как я торчала в институте с десяти утра до часу ночи, пила литры чая, растила литры дрожжевых культур и играла с жидким азотом, когда никто из взрослых не видит.

Есть ещё один набор из запаха и воспоминания из той же серии. По дороге домой, когда едешь по Гилмертон и проезжаешь поворот на Крейгенд парк, можешь почувствовать запах горелого дерева. Точно так пахла баня на той самой базе отдых ИТФ, которая сама по себе мне не нравилась, потому что я лягушка и от жары мне очень плохо, но запах там был - ого-го! Кажется, там были не просто сосновые дрова из леса, туда привозили берёзовые поленья, а иногда - дуб и липу. Про липу я помню скорее потому что слышала как-то разговор об этом, а дуб как-то особенно хорошо пах. Я не думаю, что в этом маленьком, единственном отдельно стоящем, доме есть баня. Наверное, просто камин (хаха, Просто Камин!). Я бы не против снимать маленький домик с просто камином.

PS я подумала, что если уж мне не хочется писать про то, что есть (так получится жалобная книга), то можно писать про то, что было. или про то, что происходит в голове. казалось бы, уже большая девочка, а в голове до сих пор происходит больше, чем в жизни: на один реальный диалог приходится четыре выдуманных.

@темы: Академ, бабушка н., база отдыха, город э., прошлое, школа 166